?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Пожаловаться Next Entry
было и такое
capment

Случилось это в середине семидесятых годов.  Доблестный строительный отряд, нашего,  сугубо гуманитарного ВУЗа, отправился поднимать  с колен свиноводство в отдельно взятом колхозе автономной Башкирии. Будущие финансовые воротилы  второй  раз в жизни окунулись с головой в неприхотливый сельский быт советской глубинки, поэтому, наученные опытом поездки  « на картошку» в  ближайшее Подмосковье, соответственно приготовились  к заведомым тяготам и лишениям далекого и долгого пребывания на гостеприимной башкирской земле – ручная кладь ломилась от запасов  « сухой»  колбасы, консервов и сигарет.

Кто ездил, тот знает, как встречают столичных гостей, не стали  исключением и наши стройотрядовцы  – вокзал,  райком, автобус, колхоз.  Полдня на обустройство. Поход в сельпо на предмет широты  наличия  товаров внутреннего потребления,    положительных  результатов не выявил: «Прибой», «Север», «Беломорканал» - из курева;  украинский борщ,  в стеклянных банках, мутный,  от пыли -  снаружи и от многолетнего хранения - внутри,  весовой черный хлеб по средам и пятницам,  клеклый,  можно было  « коныков лэпить»  ( на подводе его  привозили укрывая холщевой тряпкой )   и медовые пряники,  в ящике из под  папирос, твердые как камень,  кое-где  обгрызенные ночными серыми  посетителями и,  конечно – же,  знаменитый башкирский мед:  цветочный, липовый и гречишный  - это о  продуктах питания.  Из  напитков – кубинский  ром, (ошибочный завоз, пояснила продавщица) однако, наличие оного  свело на нет  скудность ассортимента  и, временно,  успокоило некоторых  приезжих работяг, любивших перед « пулькой» расслабиться   после тяжелого трудового дня. ( Нет, нет, они не были снобами, к концу  их трудовой вахты самогона в колхозе совсем  не осталось).

С «местными» пакт о ненападении был заключен быстро.  Против их  « кузнеца», крепкого и здорового парня, отслужившего армию и пользовавшегося  непререкаемым  авторитетом местной молодежи,  вышел наш,  Аркаша,  КМС по боксу,  его не пугала разница весовых категорий.  Битва « гигантов» длилась недолго и прибывший рефери, в лице местного  участкового,  сумел зафиксировать сцену братания  противников, к чести ребят, они хотя и косились на приезжих, но договор соблюдали неукоснительно и поводов для разборок  больше не возникало.

Про ударное строительство  такого  стратегически  важного  объекта, как свинарник, вряд ли стоит распространяться – все как обычно:  кирпич- бар, раствор – ёк.  Особенно раздражали  наших комсомольцев – добровольцев периодические проверки райкомовских  засланцев ,  отвратительное питание и огромное количество оводов и здоровенных зеленых  навозных мух. Эти твари  успевали искупаться всем роем в термосе с украинским  борщом, который привозили на обед, а  оголодавшим на свежем воздухе и утомленным, либо от работы, либо от безделья, стройотрядовцам, доставалось овощное рагу вместо супа. Второе блюдо, особо брезгливым, тоже  приходилось  есть на ходу,  они  водили хоровод  вокруг стола, пытаясь обмануть назойливых насекомых.  К запаху,  доносившемуся от соседней свинофермы,  они привыкли достаточно быстро и на третий день уже не морщили нос и не принюхивались к пропахшей амбре одежде.

Все кончается когда-нибудь. Наконец забит последний гвоздь в лист шифера  на крыше свинарника, продавщица сельпо радостно готовится  получить премию за перевыполнение плана товарооборота ( папиросы, кубинский ром – все это в прошлом, украинский борщ, которым усердно кормили строителей, не будет больше чахнуть на полках), последние две банки меда    забрал молодой человек, которого приятели  почему-то называли « Неистовый гипертоник».  

Утро следующего  дня было солнечным и радостным.  Работник райкома,  председатель колхоза и более мелкие сошки колхозной интеллигенции,  в торжественной обстановке благодарили стоявших вдоль новостройки комсомольцев за ударный труд,  отмечали их достойный  вклад в дело выполнения исторический решений  очередного съезда КПСС, постановлений Пленума  ЦК  и правительства и т.д. и т.п. Была приготовлена  хвалебная грамота в адрес института за подписью ответственных лиц. Обходя построенное здание,  ответственные товарищи,  да и сами строители,  вдруг стали, как вкопанные. На противоположной стене свинарника огромными буквами во всю длину было написано нецензурное слово. Все окрестные мухи, радостно перебирая  лапками, липли к нему, другие, которым не нашлось сладкого места,  жужжали от негодования и пытались пробиться сквозь живую массу своих насекомых собратьев, запах липового меда кружил им головы. Глядя в выпученные глаза местного начальства, комсорг бригады, немного заикаясь, ответил на их немой вопрос: - «Мухи, блин, чё  хотят, то и делают!»  Зав. отделом райкома либо оказался с  хорошим чувством юмора, либо не хотел выглядеть (скорее всего) полным  идиотом,  предав дело огласке наверху, и все сошло на тормозах, без последствий. Только жаль  грамоту не дали.